Понедельник, 25 Сентябрь 2017, 07:09
Вход RSS
 
Меню сайта

Форма входа

Категории раздела

Именинники

Наш опрос

Статистика

Наш баннер

Наши партнеры

Друзья

Главная » Статьи » Игрокам » Прочее

Молот Ведьм, часть 5
Придают ли ведьмы людям облики животных?
Девятый вопрос
Ведьмы могут превращать людей в животных.
Вот следующая картина, которую мы здесь разберем. Как это происходит? Опираясь на авторитет канона Episcopi (XXVI, 5), некоторыми утверждается, что это невозможно. Канон этот гласит: "Кто верит, что возможно кому-нибудь, кроме Создателя Вселенной, обращать какое-либо существо в лучшее или худшее состояние или придавать ему другой облик, тот без сомнения неверующий и хуже язычника".
Развивая в определенном направлении указанную мысль, можно сказать следующее: чтобы иметь восприятие какого-либо облика, необходимо наличие этого облика. Иначе восприятие невозможно. Поэтому, раз данного звериного облика не существует, то и видеть его нельзя, и никаким образом облика его не вызовешь.
Если говорят, что подобный облик бывает в окружающем воздухе, то это не верно, потому что воздух не восприимчив к таким обликам или образам, вследствие своей подвижности; если даже подобное превращение и бывает всеми видимо, то оно не действительно, потому что демоны не могут обмануть по крайней мере зрения святых.
К тому же зрение - это пассивная сила, а объект зрения - активная сила. Пассивная же сила может действовать тогда, когда на нее оказывает влияние активная сила. Если объекта нет, то и субъект, т. е. пассивное начало, ничего воспринять не может.
Когда демон приводит в движение познавательную силу, то он или выявляет самого себя этой силе, или изменяет ее. Но он не выявляет ей самого себя, т. к. для этого он должен был бы облечься в тело. Имея же два тела, свое собственное и то, в которое он облекся, он не может достичь органов восприятия, т. к. два тела не могут находиться в одно и то же время в одном и том же месте. Он не может также привести в движение познавательную силу наваждения или обманом чувств, т. к. наваждение - качественное явление, а демон лишен всякого качества. Он также не может этого сделать путем превращения людей в другие существа. Он мог бы превращать, придавая им полностью или частично другой облик. Однако ни того ни другого он сделать не может. В первом случае он не может этого потому, что у него не имеется необходимых для этого активных свойств. Во втором случае потому, что 1) эти изменения не могут быть производимы без чувства боли и 2) демон мог бы показать человеку только то, что этот последний уже знает. А ведь Августин говорит, что демон показывает человеку и известное, и неизвестное ему. Поэтому высказывается мнение о том, что демоны никоим образом не могут обмануть воображение и чувства человека.
Это, однако, находится в противоречии с утверждением Августина ("О граде божьем", XVIII), что обращение людей в животных, производимое демонами, совершается не в действительности, а лишь в воображении. А это мыслимо только в том случае, если бы демоны могли производить изменения в человеческих чувствах.
Ответ. Если читатель хочет подробнее узнать о превращениях, он найдет многое во второй части этого труда, глава 6. Теперь же мы хотим рассуждать по схоластическому методу и привести мнение трех ученых, согласных с тем, что черт может обмануть восприятия человека до такой степени, что человеку представляется подлинный зверь. Из этих трех ученых наиболее авторитетен святой Фома, об утверждениях которого мы скажем в конце. Начнем с рассуждения Антония.
Антоний ("сумма" I, tit. с. 5 § Declarantes) говорит, что черт время от времени воздействует на воображение человека и особенно - на его чувства, чтобы обмануть его. Он объясняет это, опираясь на авторитет канона и на большой опыт.
Во-первых, тела человеческие, при своем перемещении в пространстве, подчинены ангелам. Если злые ангелы и потеряли милость божью, то они все же сохранили прирожденную силу. Воображение зависит от телесных органов, на которые, очевидно, могут воздействовать как добрые, так и злые ангелы. Последние пользуются этой способностью для того, что превращать людей для видимости в животных, вызывая те или иные представления с помощью изменения течения соков к центру чувств.
Антоний прибавляет: "Это явствует из канона "Episcopi XXVI, 5, где говорится: "Нельзя обойти молчанием того, что некоторые преступные женщины, совращенные сатаной и попутанные дьявольским обманом и наваждением, верят и признаются, что они ездят ночью верхом на известных животных с Дианой, языческой богиней, или с Иродиадой и бесчисленным множеством женщин, и будто они проносятся в ночном безмолвии через необозримые пространства". И далее: "Поэтому священники должны проповедовать божьему люду, что все это совершенно неверно и что подобные призраки распространяются в умах верующих не от божьего, а от злого духа, ибо сам сатана принимает на себя личины различных людей и сбивает с истинного пути плененного им человека, обманывая его сновидениями".
Смысл этого канона был истолкован нами в первом вопросе настоящей книги. Что эти женщины не в состоянии при желании рыскать верхом и не находят при этом препятствия в силе божьей, это не является истинным смыслом указанного места. Ведь весьма часто люди, не будучи колдунами, против воли переносятся телесно на большие расстояния. Так переноситься можно и в действительности, и в воображении, как явствует из указанного сочинения Антония и из главы "Nec mirum".
Августин рассказывает, что в языческих книгах сообщается о волшебнице Цирцее, превратившей спутников Одиссея в животных. Это скорее всего произошло в результате обмана чувств, а не в действительности, как это видно из многих примеров. Так, мы читаем в житиях святых следующее: жила одна девственница, которая не соглашалась вступить в греховную связь с одним юношей. Раздраженный этим сопротивлением, он околдовал ее с помощью одного еврея, после чего девственница превратилась в кобылу. Это превращение не было действительным, а только кажущимся. Это было наваждение, произведенное дьяволом, изменившим восприятие девственницы и окружающих так, что она представлялась всем кобылой, хотя она и продолжала оставаться тем, кем она была и раньше. Она предстала пред святым Макарием. Демон не смог обмануть этого праведника, который тотчас же увидел, кто она. Его праведной молитвой она была освобождена от этого наваждения.
Она призналась, что наваждение это произошло вследствие ее малой заботы о божественных предметах и непосещения ею святых таинств. Вот почему дьявол получил власть над нею - хотя она и была добродетельной. Значит, черт может воздействовать на человека через изменение движения духов-ных сил и соков его.
Но черт ничего сделать не может, если на то не будет божьего попущения. Бог часто подавляет злобу дьявола, стремящегося обмануть нас и вредить нам. Поэтому Августин, повествуя о ведьмах, говорит: "Они - те самые, которые с божьего попущения приводят элементы в беспорядок и смущают нравы людей, мало надеющихся на бога" (XXVI, qu. 5, Nec mirum).
Через их чары случается, что муж не может познать своей жены. Это происходит из-за воздействия на восприятие, рисующее женщину уродливой и отвратительной. Черт показывает также бодрствующим и спящим греховные картины, чтобы совратить этих людей. Но так как грех лежит не в представлении, но в воле, то человек не грешит от этих дьявольских представлений скверны и от различных возбуждений, если только он не пойдет на грех по своей воле.
Относительно второго мнения о дьявольских наваждениях мы ссылаемся на сказанное в девятом вопросе.
Третье мнение - мнение святого Фомы. Оно дает ответ на вопрос о том, где находится тот облик звериный, в который облекается околдованный человек. Находится ли облик этот в нашем чувстве, в действительности или в окружающем воздухе? Этот облик считается тут зарождающимся лишь в нашем внутреннем чувстве и переходит вследствие сильного воображения на наши внешние чувства. Это производится демонами в двоякой форме: 1) заключенные в хранилище воображения и направляемые демонами представления обликов звериных, достигая внешних чувств, а именно - зрения, рисуются нам как действительность. Так происходит и в сновидениях. 2) Измененные внутренние органы влияют на внешние чувства. Так, например, испорченный вкус заставляет даже сладкое считать горьким. Эти изменения могут производить и люди с помощью определенных естественных составов.
Текст указанного канона часто приводился и неверно толковался. Не подлежит сомнению, что упомянутое там превращение в другое существо возможно и с помощью обмана чувств, но неверно высказанное там же утверждение, будто власть демона не может произвести каких-либо созданий. Под "этим мы не понимаем первичного творения. Мы здесь хотим сказать, что дьявол может, используя естественные способы, произвести некоторые несовершенные организмы. Как это происходит - об этом говорит святой Фома в указанном месте. Ведь он утверждает, что все превращения телесных предметов, происходящие с помощью естественных сил и требующие наличия семени (и именно находящиеся в земле и в воде, как, например, змеи и лягушки, откладывающие там свои семена), могут совершаться и демонами, если они используют подобные семена.
Те же превращения в телесном мире, которые происходят не с помощью сил природы в действительности ни в каком случае не могут быть свершены демонами. Так, например, ' невозможно превратить человеческое тело в звериное или разбудить мертвеца. Если же кажется, что это произошло, то это только обман зрения. Если дьявол появляется людям, то только облаченным в призрак тела.
Для подтверждения правоты высказанной мысли сошлемся на Альберта Великого ("О животных"). Он отвечает утвердительно на вопрос о том, могут ли демоны или, прибавим, колдуны произвести с божьего попущения мелкие несовершенные существа. Но они этого не могут свершить в одно мгновение, как бог. Им требуется для этого известное, хотя и незначительное время. Смотри Исход VII: "Фараон призвал мудрецов"... и т. д. Альберт Великий говорит об этой главе Священного Писания следующее: "Демоны носятся по миру и собирают различные семена. С помощью их могут произойти различные существа". А глосса прибавляет: "Ежели колдуны хотят достичь чего-нибудь, призывая демонов, то эти последние носятся по миру и мгновенно собирают семя того, о ком идет речь. Так получаются ими новые виды с божьего попущения".
Некоторые поступки демонов можно назвать даже чудесами. Несмотря на это, чудеса эти не служат для осознания правды. Так же и чудеса антихриста можно назвать ложью, потому что они совершаются для искушения людей.
Ясно также и решение вопроса об облике. Облик зверя не находится ни в воздухе, ни в действительности, но в чувствах людей, как это и было указано святым Фомой.
Мы признаем в свою очередь то, что пассивный принцип приводится в действие активным и что тот облик, который рисуется человеку, не может быть тем, который идет непосредственно извне. Но мы утверждаем, что облик этот, попав предварительно извне в область внутренних чувств и сохраненный там, подымаясь до чувств внешних и, главным образом, зрения, воспроизводит действительный облик, заложенный туда демоном.
Не подлежит сомнению и то, что дьявол может производить частичные обманы чувств с помощью соков и соответствующих духовных субстанций.
Ежели на это возражают, что в таком случае демон в принятом облике ничего нового человеку представить не может, то следует ответить, что под новым понимается двоякое: 1) совершенно новое как само по себе, так и в своем принципе. Тут, следовательно, демон неспособен произвести что-либо. Ведь он не может сделать так, чтобы слепорожденный мог представлять себе цвета, а глухой от рождения слышать звуки. 2) Новое с точки зрения целого. Так, например, если мы говорим, что кто-нибудь рисует себе золотые горы, которых он никогда не видел, хотя он и имеет представление о золоте и о горах, то мы можем говорить, что он рисует себе что-то новое. Это-то новое и возможно дьяволу создавать в представлении людей.
Что надо думать о волках, которые крадут и пожирают как взрослых людей, так и мальчиков? происходит ли это тоже через посредство ведьм и наваждения?
Десятый вопрос
Здесь мы разберем вопрос о волках, которые время от времени с большой хитростью и ловкостью крадут из домов взрослых и детей и их пожирают. Это происходит как естественным образом, так и с помощью наваждения через посредство ведьм. О первом роде случаев говорит Альберт Великий ("О животных") и приводит несколько причин: 1) голод волков, заставляющих их приближаться к людским поселениям и там искать добычи; 2) их необузданность и свирепость, главным образом, в холодных странах; 3) необходимость прокормить подрастающих волчат и т. д.
Но подобное происходит также через обман чувств с помощью демонов, если бог хочет наказать народ за грехи. В книге Левит, XVI, говорится: "Если вы (т. е. народные массы) не исполняете моих заповедей, то я нашлю на вас полевых зверей, которые будут пожирать вас и ваши стада".
Каким же образом это происходит? Настоящие ли это волки или демоны, принявшие на себе личину волков? Говорят, что это настоящие волки, одержимые демонами или побуждаемые к своим поступкам демонами же, что это происходит также и без посредства ведьм, как, например, при растерзании 42 мальчиков двумя медведями за их насмешки над пророком Елисеем. Так же обстояло дело при растерзании одного пророка львом за непослушание божьему велению (1 кн. Царств, 13). Вспомним также историю одного венского епископа, назначившего перед Вознесением Господним день покаяния ради того, что волки врывались в город и разрывали на улицах людей.
Подобные нападения волков также считаются бесовским наваждением. Так, Вильгельм (в указанном месте) рассказывает об одном человеке, который время от времени утверждал. что он оборачивается волком и поэтому скрывался на это время в берлогах. Когда он там спокойно сидел, ему казалось, что он превращается в волка, который рыскал по окрестностям и разрывал детей. Его утверждение было ошибочным. Он не был оборотнем. Причина лежала в дьяволе, который вселился в волка. Этот человек так и остался помешанным. Однажды его нашли мертвым в лесу. При этих явлениях веселится демон, потому что ему удается вновь освежить заблуждения язычников, верящих в преобразование мужчин и старых женщин в зверей.
Ввиду того, что подобные волки, нападающие на людей и терзающие их, остаются безнаказанными, не попадают в западни и не подвергаются ранениям, можно с уверенностью сказать, что их нападения происходят с божьего попущения при участии демонов. Так, Викентий (Зерцало истории VI, 40) рассказывает: "Еще до воплощения Христа и до пунической войны, в Галлии один волк украл меч из ножен во время вигилий".

О повивальных бабках-ведьмах, предупреждающих различными способами зачатие во чреве матери, производящих аборты и посвящающих новорожденных демонам.
Одиннадцатый вопрос
Вышеуказанные ужасающие преступления женщин еще раз доказывают, что женщины гораздо больше мужчин склонны к чародеяниям и к сотрудничеству с дьяволом.
Канонисты утверждают, говоря о помехах к продолжению рода, наведенных ведьмами, что колдовство влияет тут не только на половое бессилие мужчин, но и на неспособность женщины произвести потомство, либо по причине отсутствия способности к зачатию из-за преждевременных родов. Мы к этому прибавим, что ведьмы, сверх того, пожирают младенцев или посвящают их дьяволу.
Как половое бессилие мужчин, так и неспособность женщин к деторождению могут конечно происходить от естественных причин, вследствие принятия известных трав или других снадобий.
Мы же будем здесь говорить о неоспоримых данных пожирания ведьмами младенцев, чего даже и звери, за исключением волков, не делают. Инквизитор из Комо рассказывал нам, что он был раз приглашен жителями графства Барби для инквизиции вследствие следующего события. Некто, узнав о таинственном похищении своего ребенка из колыбели, стал искать преступников и напал ночью на собрание женщин, на котором он увидел, как убили мальчика и как присутствующие пили его кровь и пожирали его тело. Поэтому указанный инквизитор в прошедшем году предал костру 41 ведьму. Некоторым из них удалось скрыться в пределах земель Сигизмунда, эрцгерцога Австрии. Около десяти ведьм оставлены в живых. Иоанн Нидер также приводит подобные данные в своем "Муравейнике" - эта книга, как и он сам, свежа еще в нашей памяти. Все это не может быть невероятным. Это не может быть невероятным и потому, что повивальные бабки подобными деяниями приносят величайший вред, столь приятный их сердцу. Кающиеся ведьмы часто признавались нам и другим инквизиторам в этом и говорили: "Никто не вредит католической вере больше, нежели повивальные бабки. Ведь если они тотчас же не умерщвляют детей, то выносят их под каким-либо предлогом из родильной комнаты и, подымая их вверх на руках, посвящают демонам". Об этих ужасающих поступках мы скажем в седьмой главе второй части этой книги.

Необходимо ли божье попущение при колдовстве?
Двенадцатый вопрос
Этот вопрос распадается на четыре вопроса, а именно: 1) необходимо ли божье попущение для совершения колдовских деяний; 2) справедливо ли, что греховные по своей природе создания совершают чародеяния и другие ужасные преступления; 3) превышают ли позорные дела ведьм все то, что богом попускается; 4) как надо проповедовать об этом народу.
При разборе вопроса о божьем попущении надо исследовать: представляется ли признание божьего попущения в этих деяниях ведьм настолько католичным, что отрицание его должно считать еретичным? Некоторые не считают такое отрицание еретичным и признают совершенно католичным, что черту не дано власти вредить человеку. Доказательством этому служит следующее: утверждение противного способно как бы посрамить творца. Ведь в таком случае выходит, что не все подчиняется божьему провидению. Каждый мудрый провидец старается устранить недостатки и зло. Если же то, что творится ведьмами, разрешено создателем и им терпится, то бог представляется, таким образом, не мудрым провидцем и не все подчинено его провидению. Этого быть не может, а поэтому и не может быть тут божьего попущения.
Далее. Предположим следующее: с божьего попущения свершается то или иное злодеяние. Возникают две возможности. Или бог мог бы предупредить его, если бы хотел, или бог не может предупредить его даже при желании. Ни та, ни другая возможность не могут быть совместимы с понятием о божестве. Первая отпадает потому, что бог в таком случае должен был бы быть назван завистливым к благу человека. Вторая же отпадает потому, что подобного бога надо признать бессильным. Следовательно, не подобает говорить, что чародеяния совершаются с божьего попущения.
Далее. Каждый, предоставленный самому себе, не подлежит опеке со стороны иных лиц. Согласно Притчам Соломона (гл. 15), бог создал человека самостоятельным в своих решениях. О злых говорится там, что бог и им дал известную свободу. Поэтому нельзя приписывать всю окружающую злобу божьему попущению.
К тому же Августин в Энхиридионе и Аристотель в Метафизике говорят, что лучше ничего не знать, чем знать малоценное. Все же, что есть лучшего, надо воздавать богу. Из этого мы можем заключить, что бог не заботится об этих низменных чародеяниях, попускает ли он их, или нет. Апостол в своем 2 послании к Коринфянам (9) утверждает: "Бог не заботится о волах (и следовательно и о других неразумных животных)". Поэтому бог не заботится о том, занимаются ли колдовством или нет. Это не подлежит его попущению, т. к. оно вытекает из его провидения.
Далее. То, что вытекает из необходимости, не нуждается в попущении и в благоразумии. Это видно из слов Аристотеля (Этика VI): "Благоразумие - это правильное рассудительное поведение в повседневных делах, где приходится советовать и выбирать". Некоторые же чародеяния происходят по необходимости, например болезни, происходящие под влиянием светил небесных. Собственно говоря, здесь нельзя и говорить о чародеяниях, раз все это протекает в силу необходимости.
Далее. Если люди околдовываются с божьего попущения, то возникает вопрос: почему одни околдовываются больше другого? Если утверждать, что это зависит от величины греха, то это представляется ошибочным. Ведь в таком случае, чем больше греховность, тем больше и колдовская порча. А наблюдается скорее обратное. Ведь невинные дети и другие праведники подвержены большему околдованию.
Против этих утверждений надо возразить следующее: бог позволяет совершаться злому, хотя бы он этого и не хотел. Это происходит вследствие совершенства Вселенной. Дионисий ("О божественных именах", 3) говорит: "Зло будет у всех. Оно будет способствовать совершенству Вселенной". А Августин (Энхиридион) утверждает: "Из совокупности добра и зла состоит удивительная красота Вселенной. Даже и то, что называется скверным, находится в известном порядке, стоит на своем месте и помогает лучше выделяться добру. Добро больше нравится и представляется более похвальным, если его можно сравнить со злом".
А святой Фома высказывается против мнения тех, которые говорят: "Если бог и не хочет зла (ведь никакое существо не стремится ко злу), то он все же хочет, чтобы зло было или совершалось". Фома утверждает неправильность этой точки зрения, потому что бог не хочет ни того, чтобы происходило зло, ни того, чтобы зло не происходило. Он хочет лишь позволять злу быть, т. к. это необходимо для совершенствования. Поэтому неверно утверждение, что бог хочет, чтобы зло было или творилось для совершенствования Вселенной. Он прибавляет, что ничто нельзя считать добром, что не является добром самим по себе. А зло не становится добром самим по себе, но лишь благодаря случайным обстоятельствам, когда из зла, совершенного кем-либо, получается благое действие. Так случалось с поступками колдунов и тиранов при их преследовании праведников, которых укрепляло терпение мучеников.
Ответ. Сколь велика польза от проповедования на тему о ведьмах, столь же велика трудность понимания. Среди возражений, высказываемых как учеными, так и простыми мирянами, главное место занимает утверждение, что столь ужасные чародеяния, как вышеперечисленные, не могут совершаться с божьего попущения. Но этим возражателям неизвестны основания этого божьего попущения. Вследствие этого же незнания рождается у людей представление, что ведьмы, недостаточно преследуемые инквизицией, приведут в запустение весь христианский мир. Займемся поэтому разбором этих трудностей и докажем следующее: 1) мир подчинен божьему провидению так, что бог непосредственно все провидит; 2) бог с полным правом попускает совершение всех зол, будь то зло преступления, наказания и вреда вследствие двух первых попущении: при падении ангелов и при падении прародителей.
При доказательстве правильности первого нашего пункта мы разберем прежде всего ошибочность точки зрения противников, Относительно слов книги Иова (гл. 22): "Облака - завеса его, а ходит только по небесному кругу и не смотрит на наши дела", некоторые думали, что лишь то, что не подвержено порче, подлежит божьему провидению, а именно - отдельные субстанции, тела небесные и подобное, а также и более низкие вещества, тогда как индивидуумы, как подлежащие порче, этому провидению не подчинены. Поэтому защитники этого учения и говорят: провидению подчинено все низшее, но только в общем, а не в частном. А так как представляется неподходящим считать заботу бога о людях меньшей, чем о низших созданиях, то поэтому рабби Моисей и утверждал: все то, что подвержено порче, как например, отдельные создания, не подчинено божьему руководству. Этому руководству подчинено только общее. Человека он подчинил этому руководству из-за превосходства его разума, что делает его причастным миру отдельных субстанций. Делая логический вывод из этого заключения, мы можем сказать, что все чародеяния, которым подвержен человек, происходят с божьего попущения, тогда как околдование животных и полевых злаков не совершается с божьего попущения.
Хотя это учение и стоит ближе к истине, чем то, которое вообще отвергает божье провидение и считает мир созданным случайно, как это мы наблюдаем в построениях Демокрита и эпикурейцев,- однако оно не свободно от большого заблуждения касательно границ действия божьего попущения. Ведь все подчинено божьему промыслу не только в общем, но и в частном, и не только наведение чар на людей, но и на животных и злаки происходит с божьего попущения. Ведь промысл бога распространяется на все, что находится под властью причинности. Божий закон причинности распространяется на все существующее, как на общее, так и на частное, как на подверженное порче, так и на не подверженное ей. Он предвидел все, т. е. он все установил с известной целью. Так говорит апостол в послании к Римлянам (гл. XIII): "Все установлено от бога". Этим он хотел сказать: все идет от бога и подчинено его промыслу, ибо под промыслом божьим надо понимать нечто другое, как правильное соотношение, т. е. причину порядка вещей по отношению к цели. Значит, все существующее подчинено божьему промыслу.
Значит, бог знает все не только в общем, но и общее, не только в частном, но и частное.
Но это еще не объясняет того, почему бог с полным правом разрешает существование зла и колдовства в мире, хотя бы мы и знали, что все подчинено его промыслу. Вед он желает добра и спасения людям и должен был бы устранять от них все зло. Как же случается, что бог попускает зло? Провидец-человек, видя зло, стремится тотчас же уничтожить его, так как он не может превратить зло в добро. Бог же, провидец Вселенной, может из зла извлечь добро. Ведь преследованиями тиранов укреплялось терпение мучеников, а чародеяниями ведьм происходило совершенствование веры праведников. Поэтому богу не нужно предупреждать все зло. Иначе Вселенная была бы лишена многого хорошего. Поэтому Августин в своем Энхиридионе говорит: "Бог настолько сострадателен, что он не допустил бы зла в своих творениях, если бы он не был столь всемогущим и добрым, чтобы превращать зло в добро".
Примеры этому мы находим и в явлениях природы. Зло, случающееся с отдельными особями (например, повешение вора или закалывание какого-нибудь животного для человеческого питания), не совершается в ущерб совокупности особей, а помогает людям сохранить жизнь и пребывать в благоприятных условиях жизни. Таким образом, и для Вселенной происходит отсюда добро. Для того, чтобы виды сохранились на земле, уничтожение отдельных особей является подчас необходимым. Так, например, смерть тех или иных животных сохраняет жизнь львам.

Объяснение, почему божий промысл не сотворил безгрешной природу созданий.
Выше было высказано положение, что бог с полным правом попускает совершение зла. Прежде всего надо предпослать и доказать два утверждения: 1) невозможно допустить, чтобы создания, как человек или ангелы, имели дар не грешить по существу своей природы; 2) бог с полным правом позволяет человеку грешить или подвергаться искушениям. Если оба эти утверждения будут доказаны, то отсюда получится вывод, что бог не может не допустить колдовства через посредство демонов.
Первое из этих двух утверждений доказывается святым Фомой (II, 23, 12): если бы можно было вложить в какое-нибудь создание дар безгрешности, то бог это во всяком случае сделал бы, ибо все другие возможные для сообщения созданиям совершенства сообщены им, как например, личное единение двух природ во Христе, личное единение материнства и девственности в Марии, благодатное единение у паломников, блаженное единение у избранных и т. д. Если нигде не говорится, что совершенство безгрешия не дано никакому созданию - ни человеку, ни ангелам, то отсюда явствует, что бог и не может сделать человека по природе его безгрешным, хотя по благодати человек и может стать таковым.
Если бы было возможно одарить природу человека безгрешием, что, однако, не исполнено, то Вселенная не была бы совершенной. А совершенство ее заключается в том, что все возможные блага созданий даны им.
Неправильно приводить следующее возражение. Всемогущий бог, создавший людей и ангелов по своему образу и подобию, мог одарить их совершенством безгрешия по природе. Этот аргумент потому неправилен, что, хотя бог и всемогущ и всеблаг, он не может, однако, сообщить совершенство безгрешности. Это происходит не из-за несовершенства его власти, а из несовершенства созданий. Несовершенство это выявляется тем, что ни человек, ни ангел не могут и не могли получить дар безгрешности. Основание этому заключается в следующем: так как человек - создание божие, то его бытие зависит от творца. Если человек будет предоставлен самому себе, он распадается. Если же он будет находиться под действием создавшей его причины, он сохранится. Возьмем, к примеру, свечу, которая светит столько времени, на сколько хватает воску. Создав человека, бог оставил его в руке его совета (Притчи Соломона XV) и дал ему свободную волю. Ему свойственно по желанию приступить к работе и оставлять ее, бояться падения или не бояться. Так как иметь возможность грешить - значит иметь возможность по своему желанию отдаляться от бога, то поэтому ни человек, ни ангел не могут приобрести по своей природе совершенство безгрешности. Бог не мог этого им дать вместе со свободой воли. Свободу воли и безгрешность по своей природе столь же трудно совместить человеку в его несовершенстве, как указать что-нибудь, что было бы и мертво, и живо в одно и то же время.
Неправилен и следующий аргумент: бог должен был бы повести к тому, чтобы та ступень благодати, которая укрепляет в добре, являлась существенной частью природы ангелов и людей и помогала им пребывать без греха. Неправильность этой точки зрения вытекает из того, что создания не грешили бы не вследствие какого-либо привходящего явления или особой благодати, а вследствие совершенства их природы, что равняло бы их с богом. А это было бы абсурдно. Вообще же люди могут получить от бога благодать укрепления в добре, благодаря чему они становятся сынами божьими и до известной степени участниками божественной природы.

Разъяснение вопроса об обоих попущениях бога, по всей справедливости совершенных им, а именно: дьявол, виновник всякого зла, впал в грех. прародители тоже впали, вследствие чего чародеяния ведьм с полным правом допускаются богом
Тринадцатый вопрос
Справедливо ли то, что некоторые создания с божьего попущения согрешили, тогда как другие были им, по благодати, удержаны от этого, а именно - от явного искушения? Человека же он попустил искушать и согрешить.
По божьему провидению, каждое существо сохраняет полноту своего естества, и может беспрепятственно совершать свои поступки. Ведь Дионисий ("О божественных именах") говорит: "Провидение - не искажение естества, а его сохранение". Если мы это сочтем правильным, то нужно обратить внимание и на то, что если бы совершению греха была поставлена непреодолимая преграда, то этим были бы уничтожены многие степени совершенства. Ведь этим была бы уничтожена разница между грешащими и негрешащими, и все были бы в этом смысле равны.
Если при каждом поползновении к греху появлялось бы укрепление в добре, то оставалось бы скрытым то, в какой мере мы обязаны в добре богу, что смогла бы произвести власть феха над нами и многое другое. Все это, вместе взятое, лишило бы Вселенную многого.
Черт согрешил без всякого внешнего воздействия. Повод к греху он взял из самого себя, т. к. он хотел быть равным богу, и исключительно из честолюбивых замыслов. В этом утверждении мы опираемся на авторитет пророка Исаии (гл. XIV), вкладывающего в уста сатаны следующие слова: "Взойду на небо и буду подобен Всевышнему". Но обладая ограниченным и заблуждающимся рассудком, сатана не мог стремиться к тому, что для него было невозможно. Ведь он понимал, что он создание божие и что у него не было никакой возможности стать равным богу. Сатана не хотел также изменять порядка в природе. Видя, что от бога исходят блаженство и доброта на все творения, сатана, который сознавал свое высокое положение, стоя выше всех творений, стремился к тому, чтобы не от бога, а от него изливались на Вселенную блаженство и доброта, и именно из его собственных природных сил. Он согласен был остаться во власти .бога, если бы только он мог получить от него указанную силу.
Когда он сообщил свои намерения другим ангелам, то и у них появилось то же стремление. Но грех сатаны был значительнее, чем грех других ангелов. В "Апокалипсисе" (гл. 12) говорится: "Дракон, упавший с неба, увлек за собою третью часть звезд". Сатана представлен в виде Левиафана. Он царь над всеми сыновьями заносчивости, а царем философ Аристотель ("Метафизика", 5) называет голову, поскольку она своей волей и своим господством руководит теми, кто ей подчиняется. Так грех сатаны был поводом для греха других. Не будучи сам искушаем он искушал других.
Если бог попустил грех честолюбия у благороднейших созданий, со сколь большим правом он может пропускать чародеяния ведьм вследствие их больших грехов. Нельзя отрицать того, что проступки ведьм превосходят во многих отношениях грех сатаны, а также и прародителей, как это будет показано во второй части.
Почему божье провидение по справедливости допустило искушение и грехопадение первого человека, может в достаточной степени быть понято из того, что сказано о падших ангелах. Ведь и сатана, и человек были созданы со свободной волей для того, чтобы они получили блаженство не без заслуг. Но, как сатана перед падением своим не был предупрежден о том, что власть греха с одной стороны и власть благодати - с другой, преобразуются во славу вселенной, так и человек не знал об этом.
Святой Фома (II, 23, 2) говорит: "То, благодаря чему бог представляется заслуживающим славословия, не должно ни в коем случае быть умалено". Также и в грехах бог заслуживает славословия, так как он из сострадания щадит и наказывает по справедливости. Поэтому не надо препятствовать греху.
Сделаем вкратце заключение вышесказанному о грехе: божье провидение допускает грех по многим основаниям: 1) Чтобы выявилась власть бога, единого непреходящего. Каждое же творение преходяще. 2) Чтобы проявилась мудрость Всевышнего, могущая из злого извлечь добро. Это не случилось бы, если бы люди не грешили. 3) Чтобы видна была благодать божия. Ради этой благодати Христос своей смертью освободил погибшего человека. 4) Чтобы бог мог показать свою справедливость, выражающуюся не только в вознаграждении добрых, но и в наказании злых. 5) Чтобы человек не был в более плохих условиях, чем другие создания, которыми бог руководит, позволяя им поступать по своим собственным побуждениям. Поэтому он должен был предоставить человеку свободную волю. 6) Это хвала человеку, а именно - хвала праведному человеку, который мог преступить закон, но его все же не преступил. 7) Это украшение Вселенной. Имеется троякое зло: преступление, наказание и вредительство, а в противовес ему - троякое добро: нравственность, радость и польза. Через преступление повышается нравственность, через наказание - наслаждение, а через вредительство - высшая польза.

Выводы из аргументов.
1) Когда говорят, что еретично утверждать наличие власти у черта вредить людям, то скорее правильно обратное. Как еретично утверждение, что бог не допускает, чтобы человек грешил по свободной воле, если он этого хочет, так ошибочно и утверждение, что бог оставляет грехи не отомщенными. Неверен аргумент о мудром провидце, пресекающем, елико возможно, зло. Несоизмерима разница между провидцем Вселенной и им. Ведь бог может превратить зло в добро, а провидец-человек этого не может.
2) Власть, благость и справедливость бога приобретают больший ореол славы вследствие попущения им грехов. Бог не может желать зла, он не хочет свершения злых поступков. Он не хочет, чтобы зло не свершалось, но хочет только попустить его свершение для большего совершенствования Вселенной.
3) Августин и Аристотель говорят о человеческом житейском познании, для которого по двум основаниям было бы лучше не углубляться в вопросы о зле. Во-первых, потому, что мы не всегда в состоянии познать его, а во-вторых, потому что житейские, мирские разговоры о зле обращают волю человеческую ко злу.
4) Апостол хочет, чтобы бог не заботился о волах по следующим соображениям: разумное создание имеет власть над своими поступками через с

Категория: Прочее | Добавил: Alexxa (03 Сентябрь 2009)
Просмотров: 511 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Получить свой бесплатный сайт в UcoZ!
Copyright Xenonmark © 2017